г. Лахденпохья расположен на самом берегу Ладожского озера 
 Малоэтажное строительство в Лахденпохья. +7(921) 455-16-61 
 Все для строительства и отделки в магазине "Робинзон-1". +7(921)011-83-03 
 Бытовая техника, мебель и многое другое в магазине "Робинзон-2". +7(921)011-82-02 
 Малоэтажное строительство в Лахденпохья. +7(921) 455-16-61 

Предупреждаем читателей с повышенной щепетильностью и деликатностью о возможных нежелательных последствиях чтения подобных мемуаров для их психического здоровья.

(Приносим извинения автору за вынужденную провинциальную корректировку текста).

Вместо предисловия.

Наталья ВладимирскаяНаталия Владимирская около двух лет работала в нашей районной газете «Призыв». Отчаянная, самоуверенная, нарывистая, ни от кого не зависящая кроме собственных суждений и искренней преданности мэру района, она внесла в печатное слово прессы зудящий нерв. Нерв, который не мог позволить себе ни один из предшествующих местных редакторов. Отношение к газете того времени было очень неровным и неоднозначным. Но оно было. Кто-то восхищался, кто-то плевался. Кто-то говорил: «Ах какие смелые». Кто-то ворчал: «Одна пошлятина». Трудно сказать: были это лучшие или худшие времена наших печатных средств массовой информации. Время расставит свои оценки… Но точно можно сказать, что этот газетный период в жизни города не остался незамеченным. В народе его так и окрестили: Период доминирования двух Петрозаводских Наташ. Вот и очередная их совместная, теперь уже интернетовская публикация, несет в себе дух бесшабашности и проказы. Дух, который не может выдержать ни одно из наших ныне действующих печатных изданий..

Заимствовано отсюда: http://dosug.ptz.ru/art/view/id/584/

Виктор Позерн

Мемуар третий. Мэр Маслимов.

О, эти лахденпохуанские мужички! Эти колоритные типажи, нарочно заехавшие в глушь, чтобы потешить свои амбиции. Ведь лучше быть первыми парнями на деревне, чем последними… нет, для этих мужичков больше подходит слово «вторыми» — чем вторыми в городе.

Маслимов, мэр района. Мой работодатель и кормилец. Чтобы компенсировать культурный голод, на который он обрек меня, вынуждая работать редактором районной газетенки, Маслимов регулярно выгуливал меня в лахденпохуанский ресторан. «Вам какое вино – белое или красное?» — спрашивали в лахденпохуанском ресторане (других названий вин там не знали). «Красное, — отвечал народный мэр. – И рыбку красную».

Николай Дмитрич, главный в районе по ЖКХ. Умный и ироничный. Интеллигентный мачо. Был предметом обожания одной из чиновниц районной администрации. Та его кормила каждый день ужином, пока не один случай… В ту памятную трапезу дама сказала, что раз он у нее питается, то должен давать деньги на продукты. Николай Дмитрич ложку отложил и больше не брался. Он-то думал, что он у нее не питается, а досуг скрашивает. Давится, чтоб ей приятно было, и денег не берет. Не поняли друг друга два одиночества. Не случилось между ними счастья. Счастье – это когда тебя понимают.

Сеня, лахденпохуанский миллионер. Москвич, окончил столичный вуз. Свободно говорит по-английски и еще свободнее — по-русски. У Сени дом-дворец на острове в бухте Ладоги со всеми достижениями цивилизации. Сеня принимал меня, как принцессу: запекал в пряностях свежевыловленного сига, потчевал салатами по рецептам, привезенным из Мексики, выносил колонки на террасу и включал оперное пение. Звуки лились вдоль водной глади – акустика обалденная…

— Наталья, давай поставлю тебе Вивальди.

— Нет, Сеня, пусть этот поет.

— А Паваротти?

— Не надо.

— Давай зажгу камин.

— Не надо.

— Да чё всё не надо, да не надо! Дай повы***ваться, твою мать, в конце-то концов!

— Ладно, Сеня, — махнула я рукой. – Повы***вайся!

Я поняла, что женщина мужчине может не дать все, что угодно, но повыделываться перед нею она ему дать должна. И это для мужчины лучшая награда.

Иван Иваныч, высокий (и ростом, и должностью) муниципальный чиновник. Любил наведываться к нам в редакцию с набором бл*дуна. Что такое набор бл*дуна, думаю, все знают. Иван Иваныч был не простой шалун, а элитный, и набор носил соответственный: хороший коньяк, мартини бьянко, икра, мясные деликатесы, ананас, персики, виноград, конфеты…

— Женюсь на Барби! – спустя час восклицал Иван Иваныч в съехавшем набок галстуке.

— А женилка у тебя есть? – спрашивала моя соредактор.

— Есть! – радостно отвечал Иван Иваныч, гордый тем, что у него есть женилка, и готовый хоть сейчас ее продемонстрировать.

В один из моментов такого перманентного сватовства (Иван Иваныч, протрезвев, всегда забывал о серьезности своих намерений, а, выпив, снова вспоминал – и так целый год) – так вот, в один из визитов моего без пяти минут жениха Ивана Иваныча позвонил мэр лахденпохуанский:

— Наташенька, вы уже написали про приезд Чемнышева в Лахденпохуан?

Чемнышев, сотрудник высочайшей администрации, приезжал на собрание лахденпохуанской общественности, чтобы убедить ее, что руководитель района должен назначаться, а не избираться.

— Написали, Михал Саныч.

— Дайте почитать.

Либерально-демократичный (в хорошем смысле этого слова), никогда не вмешивавшийся в политику газеты лахденпохуанский мэр позволил себе такое впервые.

— Зачем, Михал Саныч?

— Не терпится почитать. Пришлите полосу.

— Всё уже сдано в типографию.

— Ну, пришлите, пожалуйста. Не дотерплю до выхода.

Мы, не отрываясь от мартини, срочно сели за компьютер и давай лепить псевдо-полосу: «Выпердыш администрации по фамилии такой-то прибыл в Лахденпохуан, чтобы учить деревенских долбо**ов, как нужно выбирать власть…» Весь текст пестрил эмоционально окрашенной лексикой, не включенной в словари. «Пошли вы на х** со своим правительством и со своей партией! — дружно ответили лахденпохуанцы, — требуем отсоединиться от Карелии и присоединиться к Финляндии!»», — так заканчивалась статья. (Звездочки – это для уважаемых читателей «Досуга». В полосе, предъявленной Маслимову, звездочек не было.)

Но чего-то в полосе не хватало. Ага, врезки! Состряпали врезку:

(врезку самые любопытные могут посмотреть в первоисточнике на сайте)…

и т.п.

Полосу мы свернули трубочкой, упаковали и передали Маслимову с Иван Иванычем. Иван Иваныч, озабоченный женилкой, полосу сообразил отдать не сразу, а только назавтра вручил ее Маслимову ближе к обеду.

Звонок на мобильный:

— Наташенька, а можно полосу про Чемнышева переделать?

— Да вы что, Михал Саныч! Газета уже с утра продается!

— Ну, вы хоть бы вместо матов точки бы поставили…

— Это не я, это Ермолина. Она сказала, что это новое веяние в журналистике, так надо.

Дальше, по рассказам очевидцев, мэр спросил секретаршу:

— Женя, ты читала в новом «Призыве» статью про приезд Чемнышева?

— Читала, Михаил Александрович. Все обсуждают. Всем очень понравилось, правильно написали.

— Женя, дай валидол…

Поиск
Архивы